Джорж БРУММЕЛЬ (1778-1840), известный денди, «Красавец Бруммель», после упоительной, блестящей, богатой приключениями жизни, кончивший дни в нищете и безумии, не отводил большого места любви, хотя его любви домогались многие. Приводимое письмо, одно из немногочисленных оставшихся от Бруммеля, скорее характерно и типично для «принца денди» вообще.
Дорогая леди Джен.
Миниатюра не могла мне быть доверена, очевидно, даже на какие-нибудь два часа; и моя память должна быть единственным и несовершенным средством для удержания сходства.
Я не хотел бы заслужить упрека в том, что желал выставиться чересчур явною смелостью, удержав у себя перчатку, которую вы с истинно-христианскою любовью бросили мне в лицо, как бросили бы в виде милостыни нищему в шляпу шесть пенсов, — возвращаю вам ее, и позволяю себе уверить вас, что я чувствую слишком глубокое уважение к вам, а сам чересчур мало тщеславен, — что бы ни говорила против этого моя наружность, — чтобы хоть на один неверный миг питать дерзкое намерение у вас ее похитить. Вы раздражены, быть может, непримиримо разгневаны на меня за это маленькое воровство. Чтобы укротить вас, у меня нет иного извинения, как мгновенное помешательство. Но мы знаем, что вы – ангел, сошедший в земные сферы, и поэтому преобладающим свойством вашим должно быть сострадание; правда, вы в вашем серафическом звании несколько причудливы и непостоянны, и если у вас нет крыльев, то обладаете все же оружием, и применяете его в том, что сердитесь и избегаете меня.
С чувством глубочайшего сокрушения остаюсь
Ваш несчастный раб
Джордж Бруммель.