Главная / Любовные истории / Не знаешь, где найдешь, а где потеряешь

Не знаешь, где найдешь, а где потеряешь

Я шла по улице, не обращая ни на кого внимания. Слезы душили меня. Они просто катились из моих глаз. Мне было все равно куда идти, и я шла. Безразличие и равнодушие поселилось во мне. «Почему?» — спрашивала я себя. «Почему именно со мной такое произошло?». Ответ я не находила. Какая то цыганка подошла ко мне и я ей машинально сунула купюру, которая была в кармане. «Девочка, не плачь, у тебя еще все будет хорошо. Ты еще будешь счастлива. Уже счастье твое на подходе». Я ее уже не слышала и шла прямиком, как говорят, «куда глаза глядят». Сама не знаю, как оказалась возле дома, где жила мама. Придя в чувства, чтобы ее не напугать, я поднялась на лифте, открыла дверь своим ключом. Мама, которая вышла меня встречать, так и ахнула. «Доченька, что…». Только и смогла она вымолвить, а я, пройдя в комнату не раздеваясь, просто рухнула на диван. «Мама, мне больно. Я жить не хочу…» и разревелась во весь голос.

У меня началась истерика, наверное, из-за того, что я долго в себе держала все свои эмоции. Тогда мама, не зная, что со мной делать, и не зная как меня успокоить, просто взяла кувшин с водой и вылила его на меня. «А ну прекрати орать! Что ты совсем сдурела? Расскажи толком, что случилось?» Я, всхлипывая, стала рассказывать ей, что ушла из дома. «Мама я больше так не могу. Быть «изгоем», когда все ополчились против меня, даже детей науськали, что их мать просто…» И я опять разревелась, вспоминая последние сцены. Самое обидное, это было предательство мужа, и умение выгородить себя перед свекровью и всеми родственниками. Выбрав удобный случай, он все же за шесть месяцев добился своего. Не смотря на то, что он уже встречался с другой женщиной, обвинил меня во всех «грязных» грехах. Дети, конечно же, во всем верили отцу. А я со своей работой и заботами, практически не находилась дома. Вот он и выставил себя хорошим семьянином, а про меня сказал, что я «шляюсь», где придется. Прихожу поздно. И так далее.

В последнее время наши отношения не ладились, и я понимала, что что-то происходит. Но не придавала этому значения. Пока однажды не увидев их вместе. Что тогда со мной произошло, до сих пор не понимаю, но дома, выпив для храбрости, я учинила скандал. А он, воспользовавшись этим, пригласил посмотреть на всю «сцену» свекровь, детей. Вот, мол, полюбуйтесь, ваша мать – алкоголичка. И тут меня еще больше прорвало. Ах, так, и полетели тарелки, кружки, и то, что попадало под руки…

После чего я и ушла, услышав в след, что квартира не моя, я на нее права не имею, а вещи заберешь, когда он мне разрешит.

«Успокойся, доченька», — еле сдерживаясь от слез, говорила мама. «Все еще будет хорошо, на этом жизнь не заканчивается. Тебе просто нужно на время уехать и ты успокоишься. Если вопрос в деньгах, то я сниму свою пенсию». Сама она, молча утирала слезы, глядя на меня. Я лежала, не двигаясь, и думала только об одном. «Жизнь закончена».

Уже не помню, сколько прошло с того дня времени, как позвонили с работы и сказали, что ставка моя пошла под сокращение, и я уволена. И что за расчетом я могу прийти в любой удобный день. «Еще один удар» — думала я. Все валилось на меня в одну кучу.

Когда поехала за вещами, то замок уже открыть не смогла, его поменяли на другой. Дверь открыл муж, и пока я собирала свои вещи, то он так и ходил за мной, чтоб я лишнего чего не прихватила. Выйдя на улицу с двумя чемоданами, где меня уже ждало такси, я в последний раз посмотрела на окна своего дома. Приехав к маме, у меня снова началась истерика. Думая о том, что за 20 лет совместной жизни я ничего не приобрела.

В таком «тумане» прошел месяц. А на улице была весна, которую я не замечала. Просто смотрела на людей из окна. Однажды, мама, придя из магазина и увидев меня у открытого окна, закричала. Она подумала, что я собралась покончить с жизнью. Вот тут меня окончательно «отрезвило». «Мамочка, что ты! У меня и в мыслях ничего подобного не было, я просто открыла окно. Захотелось подышать свежим воздухом». Мама еле-еле пришла в чувство, и немного успокоившись, вдруг грозно сказала. «Все, хватит! Собирай монатки и поезжай к морю. Там и топись, и что хочешь то и делай. Только не на моих глазах. Сил моих больше нет на тебя смотреть».

Я долго себя уговаривать не стала. Июнь выдался теплым. Поэтому я собрала сумку, взяв все необходимое. Подсчитав все свои сбережения, да еще и мама добавила немного, отправилась к морю.

На вокзале нашла объявление, где сдавалась комната в пансионате для среднего класса с частичными удобствами. «Мне главное чтоб было, где спать и помыться, кухня мне не обязательна, так как готовить я себе не собираюсь», — размышляла я. Комнатка оказалась небольшой. Обговорив все детали с администратором, я взяла ключи, я поднялась в свои «апартаменты». Кухня находилась на втором этаже, где были комнаты просторнее и на двоих. Моя была на третьем, мансардном этаже. Зайдя в комнату, я сказала себе, что она похожа на коморку Папы Карло, только с ванной комнатой. «А мне больше и не надо».

Переодевшись, я вышла из пансионата. Надо было узнать, как пройти до моря, где продуктовый магазин, и вообще ознакомиться с местностью. До моря оказалось не так далеко. Спуск был крутой. И шум волн слышался, даже тогда, когда еще только спускаешься и не видишь его. Люди гуляли компаниями и парами. Веселились, танцевали, пели караоке. Но я не обращала ни какого внимания на это. Видела только море. «Я и море», — повторяла сама себе. Прогулявшись, и прикупив кое-что из еды, я отправилась к себе в «каморку». Так и начался мой отдых у моря. Утром на пляж, потом в «каморку», приведя себя в порядок после дневной прогулки, шла на вечернюю.

Так прошло несколько дней, а я и не считала дни, так как отдых у меня целый месяц. На время я забыла обо всем. О работе, которую потеряла, о муже, с которым расстались. Лишь только дети мне не давали покоя. Вспоминая о них, у меня подкатывал комок к горлу, и я крепилась, чтобы не заплакать. Просто заставляла себя отключиться от всего «Иначе свихнусь. Или как мама сказала, пойду к Нептуну в гости».

Отойти ото всех мыслей, мне помогал шум прибоя, всплеск волн. Я часами просиживала на берегу, особенно по вечерам. Море было всегда разное. То спокойное и искрилось от багрового заката солнца, то бурлило и пенилось, разбивая свои волны о камни. И цвет моря в это время, был грозным и устрашающим. Фантазируя, сидя на песке, я представляла себя русалкой, выброшенной на берег, которой уже не хватает воздуха. И ей осталось несколько шагов доползти до моря, где ее дом. И она изо всех сил старается это сделать, но помочь ей некому. Берег пуст. И она одна. «Как же ты справишься, Русалочка?» — спрашивала я саму себя.

Вот так однажды, мечтая на берегу, я вдруг услышала мужской голос. «Девушка, вы тут уже четыре часа сидите и смотрите на море. Вас, случайно, не Ассоль зовут?» «Нет», — сухо и с пренебрежением, ответила я. Вопросов больше не последовало, но я чувствовала, что мужчина наблюдал за мной. Поэтому я решила, что лучше уйти. Для разговоров с посторонними, а особенно с мужчинами, я была не готова. «Иначе наговорю гадостей, а потом буду жалеть, что поступила так. Он же не причем, и мои проблемы нельзя перекладывать на других».

Встав со своего камня, на котором просиживала часами, я собиралась уйти, но остановилась, потому, что мужчина сидел на песке и пересыпал его из одной руки в другую, словно играл с ним. Подняв голову, он как-то грустно улыбнулся мне, «Мне кажется, что мы с вами, товарищи по несчастью», — сказал он. «С чего вы решили?» — Уже мягче, спросила я его. Он поднялся, протянул руку и произнес: «Юрий». «Олеся, очень приятно». «Вы так же уходите от мест, где гуляют люди и ищите уединения. Я его тоже ищу. Мне хочется побыть одному. А тут я уже второй день вижу вас. Вы часами сидите на камне и смотрите вдаль, как будто ждете свои «алые паруса». Я внимательно посмотрела на него. Красивый, статный, не «урод», отметила я про себя. Неужели от него ушла жена? Больше не разговаривая и не отвечая на его вопросы, развернувшись, пошла к себе в «каморку». Меня никто не окликнул и не позвал. За мной он не шел. Добравшись до комнаты, я просто рухнула на постель и уснула сразу, за все время пребывания на море.

Утром я проснулась от солнца, которое светило мне в окно. Было уже время предобеденное. «Неужели я столько проспала?» — удивилась я. Приведя себя в порядок, я отправилась в полюбившееся кафе. Там я всегда завтракала, но сегодня я припозднилась, и завтрак плавно перешел в обед. В этом кафе, меня уже все знали. И относились со вниманием, как будто читали мои мысли. Заказав как всегда кофе и круасан, я приступила к трапезе. «Вы не против, если я к вам подсяду?». Я чуть не подавилась круасаном, который успела уже откусить. У меня не было возможности ему ответить, так как рот был занят пищей. Я только кивнула головой. Это был Юрий. «Добрый день». Я ему тоже что-то буркнула, продолжала, есть свой завтрак-обед, чтобы побыстрее удалиться. Я искала глазами официанта, но он, как назло, куда-то запропастился. Юрий, наверное, заметил мое волнение и желание быстрее исчезнуть. Как будто прочитав мои мысли, он мне сказал: «Если вам неприятно мое общество, то я пересяду за другой столик». Я так и ахнула. «Он что, телепат? Он читает мои мысли. Я уже начинаю его бояться». «Неужели я такой страшный, что вы меня боитесь?» Тут я вообще растерялась и спросила его: «Вы, что, гипнотизер?» Он рассмеялся. «Да нет, просто у вас такой вид, что сразу все понятно. А я просто врач». «Ага, еще скажите что психиатр. Только этого мне не хватало». «Я хирург», как-то с грустью в голосе произнес он. И что-то екнуло у меня в сердце. Мне, стало его жаль, подумав о том, что, наверное, у него тоже случилось какое то горе. И ему нужна поддержка, так же как и мне. «Мы, наверное, и, правда, товарищи по несчастью, которым нужно уединение». Расплатившись, мы встали и пошли к морю. Не говоря друг другу ни слова, пришли на «наше место», где было безлюдно и спокойно. Теперь уже вдвоем сев на камни, стали вглядываться в синь морских волн, которые бились о камни.

«Вы знаете, Олеся, — нарушив тишину, сказал Юрий, — я уже приезжаю сюда третий год подряд. И прихожу на это место. Мы раньше приезжали сюда с женой, она тоже любила это место. Ей нравился именно этот камень. Не знаю почему. Она могла часами сидеть на нем и смотреть на море. Вот поэтому, я и обратил на вас внимание. Я обомлел, когда вас увидел на нем. На миг, мне показалось, что это она». Он замолчал, а я ни о чем его не спрашивала, понимая, что ему просто нужно выговориться. «Она умерла три года назад, неудачная операция. И я себе не могу простить, что меня не было рядом, так как находился на симпозиуме в Германии, а у нее был обыкновенный аппендицит, и…» Он опять замолчал. И я подумала о своих «мелких» проблемах. Посмотрев на него, я разревелась. Он, испугавшись за меня, стал расспрашивать меня, что могло так повлиять на меня. И тут я выпалила. «А я то, дура, подумаешь развод, тут человека нет. И, наверное, хорошего. А я раскисла». Соскочив с камня, я что есть мочи понеслась к себе в «каморку».

На следующий день, Юрия я не видела. Весь день так и проходила одна. На нашем месте его тоже не было. Он появился только под вечер следующего дня. И что-то официальное в нем было. На миг мне даже показалась, что он пришел попрощаться. И я с сожалением подумала о разлуке. У нас не было встреч, не было посиделок под луной, не было тех романтических вечеров с поцелуями. Но за эти четыре дня, он мне показался таким родным и близким, что сердце мое сжималось от тоски. И я себя успокаивала только тем, что пусть будет так, как есть. Все равно скоро уезжать, а это просто попутчик в поезде, который выходит раньше меня.

«Олеся, я очень много думал. И решил вам признаться. Я не знаю, что со мной, и можно ли назвать это любовью, но я не могу без вас. Вы мне за это время, стали ближе всего на свете. И я не хочу вас терять. Вы можете не отвечать сразу. Может вам мое решение покажется слишком быстрым. Я вас не тороплю. Но завтра я уезжаю, и мне бы хотелось бы получить ответ до моего отъезда».

«Но вы же ничего про меня не знаете. Я…»

Юрий меня перебил: «И знать ничего не хочу. Я знаю только одно, вы мне нужны. Я вас принимаю такой, какая вы есть. А все остальное, мы оставим в прошлом».

На ватных ногах я поднялась с камня. И попыталась сделать шаг, чтобы уйти, так как понимала, что все это сейчас рассеется и уплывет как туман после ночи. Сказка закончится. Я открою глаза. Но у меня вдруг закружилась голова. И я начала падать. Юрий подхватил меня на руки, и прошептал. «Никому тебя не отдам, ты — мое счастье. Ты моя жизнь».

Я не помню, как мы добрели до пансионата. Он меня положил на кровать и всю ночь просидел возле меня. Боясь, что со мной может что-то случиться. Утром, открыв глаза, я его увидела спящим в кресле. Тихо встав, я прошла в ванную комнату и, посмотрев на себя в зеркало сказала сама себе: «Жизнь продолжается». Подойдя к Юрию, поцеловала его. Он проснулся, и закричал: «Значит, да?» «Да».
Мы собрали вещи, сначала мои, потом его и отправились к моей маме. Мама только вздохнула и сказала. «Ну, вот видишь, доченька, как бывает. Не знаешь, где найдешь, а где потеряешь».

С детьми я помирилась. Юра помог. Они взрослые и все поняли, когда я с ними села за «стол переговоров». И я так благодарна этому случаю. Я обрела самое дорогое, что есть на свете. Это Любовь.

Ксения Милосердова (мой псевдоним).

Имя: Оксана
Город: Советск
avatar
4 Comment threads
0 Thread replies
0 Followers
 
Most reacted comment
Hottest comment thread
0 Comment authors
тома4каvalensiwinehouse Recent comment authors
  Subscribe  
Уведомления
winehouse
winehouse

даа история потрясающая)никогда не знаешь что судьба тебе уготовила)повезло

valensi
valensi

Каждый человек заслуживает на счастье. Я рада, что в жизни есть место сказке. Будьте асе счастливы…..

Анонимно
Анонимно

Судьба нас сама друг другу приводит, свою половинку сам Бог нам находит, ведь главное в жизни всему свое время, быть в нужный момент и в нужное время!!! Вот так случилось и в этой истории…

тома4ка
тома4ка

Я думаю ты это с4астье заслужила!История классная я её читала в захлёб,а твой бывший муж натуральный гад!!!Желаю тебе с4астья!!!

Top
Стихи о любви

Стихи о любви