В развитии послевоенной культуры занимает особое место проза о войне. Стала она не просто темой, а настоящим материком, где на жизненном специфическом материале свое решение находят едва ли не все эстетические и идейные проблемы современной жизни.
Новый период развития для послевоенной прозы начался с середины 60-х годов. В 50-х появились книги Г. Бакланова «Пядь земли», притчи Ю. Бондарева «Батальоны просят огня», роман К. Симонова «Живые и мертвые», «Иван» В. Богомолова, «Судьба человека» М. Шолохова (в кинематографе наблюдается аналогичный подъем – на экраны вышли «Летят журавли», «Баллада о солдате»). В становлении новой волны принципиально важную роль сыграли повесть В. Некрасова «В окопах Сталинграда» и рассказ М. Шолохова «Судьба человека». Наша литература этими повестями перешла к повествованию о судьбах простых людей.
Новые начала военной прозы с наибольшей резкостью появились в повестях направления, которое может называться прозой психологического драматизма. Повесть и название Г. Бакланова «Пядь земли» словно отражали полемику с панорамными предыдущими романами. Говорило название о том, что все, что происходит на каждой пяди земли отражает силу нравственных подвигов народа. Выходят в это время повести «Третья ракета» В.Быкова, «Убиты под Москвой» К. Воробьева, «Журавлиный крик, «Батальоны просят огня» Ю. Бондарева.
Центральный герой в этих повестях сходный – как правило, лейтенант или молодой солдат, сверстник самого писателя. Отличались все повести максимальной концентрацией действия: одна нравственная ситуация, один плацдарм, одно подразделение, один бой. Благодаря такому узкому взгляду контрастнее высвечивались драматические переживания человека.